— Как и когда вы заболели неизлечимым вирусом, именуемым “фридайвинг“, или, по-русски, нырянием?

Нырять я любила с детства. И позже — с детьми и с мужем – мы тоже всегда ныряли. А видом спорта, который называется этим иностранным словом, я увлеклась три года назад, прочитав статью в журнале о Юле Петрик. И начала готовиться. В молодости я занималась скоростным плаванием в ластах. Потом двадцать лет ничем не занималась — растила детей. И вот теперь, когда дети выросли, — занялась фридайвингом.

— …И увлекли этим и своих детей?

— Не обоих. Оксана — старшая дочь — больше любит танцевать. Она занималась художественной гимнастикой. Сейчас учится в Волгограде на архитектора, уже на четвертом курсе. Но что удивительно, не занимаясь долгое время никаким спортом, потому что целыми днями чертит – архитектурный факультет! — она в этом году, первый раз выехав со мной на Красное море, нырнула сразу на двадцать метров. А сын Алексей — да, он серьезно занимается фридайвингом. Я начала его тренировать с трех с половиной лет. Давала ему различные задания, типа если четыре бассейна одними ножками переплывешь – получишь шоколадку. И он это делал с удовольствием: плыл на спинке и при этом пел разные песенки, чтобы было не скучно плыть. В четыре года он плавал уже по полкилометра. В пять – по километру. Он — водяной. У него знак Зодиака — Рыбы. Он обожает плавать, любит холод.

— Проныр “Голубой Дыры” — это экспромт? Или цель, к которой вы долго шли?

— Это не цель. Мы просто тренировались рядом с ней, ныряли. Когда спускались ниже отметки в 55 метров, она была видна. И, конечно, манила к себе… Свет, который исходит из темной арки, — притягивает. Мы с сыном готовились к чемпионату мира, вышли на пик формы, немного сбросили нагрузки, почувствовали себя хорошо и решили пронырнуть… Ощущения были фантастические!

НАША СПРАВКА: “Blue Hole” — “Голубая Дыра”, — расположенная в Красном море неподалеку от Дахаба в Египте, славится своей таинственностью и мистичностью. Огромный провал в рифе у самого берега диаметром 50 метров имеет выход в открытое море: на глубине 53 метра находится свод гигантской арки, уходящей вниз до глубины 120 метров. Ширина ее 10 и длина 26 метров. До недавнего времени только два человека в мире сумели пронырнуть арку в режиме фридайвинга, то есть без акваланга: Герберт Ницш из Австралии и Бивин из ЮАР. Наталья Молчанова и ее сын Алексей — первые россияне, пронырнувшие “Голубую Дыру”. Наталья — первая женщина в мире, совершившая проход арки на одном вдохе.

— Скажите, этот опыт вам помог на чемпионате мира?

— Это мне помогло установить мировой рекорд! Когда я заказала судьям немыслимую глубину — 86 метров, — у них округлились глаза. Если бы мне самой сказали полгода назад, что я нырну на задержке дыхания на 86 метров, я бы не поверила. Мне помогла “Голубая Дыра”. Накануне погружения, когда я лежала, настраивалась, долго не могла уснуть, потому что было велико возбуждение. И я вспомнила свои ощущения в “Голубой Дыре”. Они сравнимы, наверное, с выходом в открытый космос! Ощущение неземной жизни, ощущение того, что весь мир тебя обнимает, это абсолютное блаженство. Я успокоилась и заснула.

— В чем секрет вашего доминирования в мировом фридайвинге?

— Я разработала свои авторские методы тренировки. Они не секретны. Они “висят” на моем сайте в Интернете, метод этот научно обоснован. Причем, что интересно, мы живем в Москве, и выездов на море в этом сезоне у нас было всего четыре, каждый максимум на две недели. И все равно получилось очень хорошо. А мой Лешка в свои 18 лет погрузился на чемпионате мира на 82 метра, показав седьмой результат в мире. И сделал это легко. Я думаю, что сейчас он обладает потенциалом, позволяющим ему погрузиться на 90 метров.

— Каковы результаты ЧМ–2005?

— У нас четыре вида соревнований: сначала в Швейцарии, в Лозанне, — динамическое апное с ластами в бассейне, потом то же самое без ласт, и статика, то есть кто дольше другого просидит в бассейне, не дыша. Потом мы все поехали во Францию, в Ниццу, и там было ныряние на глубину. У мужчин — четыре разных победителя. А среди женщин все четыре первых места заняла я, установив попутно четыре мировых рекорда во всех этих дисциплинах! Мой Лешка был вторым в нырянии, апное без ласт и третьим — в апное с ластами, установив два рекорда России. Особенно запомнилось ныряние в глубину. Тогда еще действующая чемпионка мира Рэнди Мей из Канады заявила 80 метров. Ее рекорд мира равнялся 78 метрам. Так вот канадка заявила 80 метров и ныряла передо мной. На выходе с глубины она, говоря на жаргоне фридайверов, “блэканулась” — то есть потеряла сознание. И ее вытаскивали из воды с десяти метров, делали искусственное дыхание. Хорошо, что я этого не видела! Иначе я, наверное, испугалась бы идти на такую глубину.

— Расскажите о ваших ощущениях при том погружении.

— Вначале, как мы называем, когда запаковываешься, идет активная физическая работа. А где-то метров с 40 наступает отрицательная плавучесть и начинается просто падение на глубину. Ластами уже не работаешь, просто падаешь. Вот там ощущения фантастические! Ты как бы вне времени, оно просто исчезает, оно проглатывается. Пространства как будто нет, оно скрадывается. При погружении с 40 до 80 метров – я как бы парила в невесомости! Я расслабилась и была просто не знаю где… Это было настолько потрясающе, что я даже пропустила свою отметку! Я погрузилась глубже, чем заказала судьям… Грузик с карточкой оказался выше меня. На моем компьютере и на компьютерах организаторов было 88 метров… Но я вовремя включилась, сорвала эту карточку и стала подниматься. Сначала надо работать очень активно, потому что на тех глубинах, повторяю, – отрицательная плавучесть. А потом уже можно потихонечку, и состояние эйфории возвращается. А вот при выныривании спортсмен должен снять очки или маску, снять зажим с носа, если он есть, сказать: “I am o’key” и показать знак, свернув большой и указательный палец кружком, что тоже означает “о’кей”. И только тогда попытка засчитывается и дается белая карточка. Если за двадцать секунд эти действия не произведены, то дается красная карточка, то есть дисквалификация.

— Кто финансирует ваше участие в соревнованиях мирового уровня?

— В настоящее время — дайв-клуб “Крокодил”. Это частный клуб, в котором я работаю и обучаю людей фридайвингу. Также меня спонсировала управляющая компания “ВМБ-траст”. Отдельная благодарность кафедре теории и методики прикладных и экстремальных видов спорта Российского государственного университета физической культуры, спорта и туризма (РГУФК). Она помогла с техническим обеспечением поездки: с видеокамерой, с подводным боксом. Эта камера сыграла решающую роль в моем чемпионстве и рекордсменстве мира при погружении на глубину. Этой самой кафедральной камерой после всплытия меня снимал прямо из воды мой сын Алексей. Эта съемка и дала мне возможность получить белую карточку после всплытия. Дело в том, что я ныряла обычно в маске, а там не надо пользоваться прищепкой. В Ницце были первые соревнования, где я ныряла в очках и с прищепкой на носу. Я привыкла маску снимать, тут же говорить, что я в порядке, показывать знак рукой — всё. Я так все автоматически и сделала. А про прищепку просто забыла. Потом я ее сняла. Но судьи решили, что я сняла ее после 20 секунд, и дали мне красную карточку. Я подошла к сыну и посмотрела его запись: там я сняла зажим с носа на восемнадцатой секунде! У судей же съемки были сверху, с катера, и они этот момент видели нечетко. Судьи посмотрели нашу съемку, убедились, что все по правилам, и — объявили меня чемпионкой мира!